Храм Девяти Мучеников Кизических
Храм Девяти Мучеников Кизических
Публикации Материалы о.Владимира Соколова О матерщине

О матерщине

Здравствуйте, Сергей!

Вы пишете, что в карты перестали играть, но сразу ощутили на себе давление «общества». Этого, конечно, следовало ожидать, ведь вы нарушаете общепринятый закон. «Этому давлению, – пишете вы, – было бы легче противостоять, если б не матерщина. Все вокруг ругаются – ругаюсь и я. В колонии вообще невозможно избавиться от матерщины, утверждаете вы, – тут на этом языке говорят, а не ругаются». Но речь не идет о каком-то пустяке, на который не стоит обращать внимания. Напротив, мы говорим о самом существенном явлении человеческой жизни, которое и отличает человека от всего живущего – о слове.

Его качество есть показатель укорененности человека в Небесном, ведь с помощью слова (молитвы) человек устанавливает связь с Высшим. Наше словоупотребление или прерывает эту связь, или ее налаживает. Таким образом, от слова зависит наша связь с Жизнодателем, то есть вообще с жизнью. Более того, речь идет просто о ее сохранении, ибо такие игры с матерным словом отнюдь не безопасны для человека. Слово суть дух и жизнь (Ин. 6, 63), а Дух всё проницает, и глубины Божии (1 Кор. 2, 10). Церковь всегда знала об этом всепроникающем действии слова и предупреждала своих чад: за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда (Мф. 12, 36).

К сожалению, современный человек утратил понимание духовного, он больше доверяет материальному – его интересует то, что можно измерить, увидеть, ощутить, экспериментально установить. Однако сегодня научные эксперименты все чаще подтверждают слова Писания. Японский ученый Амару Эмото, посвятивший свою жизнь исследованию информационных свойств воды, утверждает, что преступлений совершается гораздо больше там, где матерятся, потому что словом оскверняется окружающая и находящаяся внутри нас вода, умеющая прочитывать смыслы. Тем самым создается как бы преступная атмосфера, ведь матерщина привносит в нашу жизнь смыслы, по содержанию пошлые и преступные. Так же и уральский ученый Геннадий Чеурин, который потратил 20 лет на изучение силы воздействия бранных слов, утверждает, что их использование в речи очень негативно влияет на организм человека. Гипотезу Чеурина «о влиянии ненормативной лексики на психофизиологическое состояние живых организмов» проверяли несколько НИИ – столичный научный центр при Минздраве РФ, технические университеты Санкт-Петербурга, Екатеринбурга и Барнаула. И вот что удалось выявить: зерна, политые водой, которую ругали «трехэтажным», проросли лишь на 49 %. Зерна, политые водой, наслушавшейся вялого бытового мата, почувствовали себя получше и проросли на 53 %, а пшеница, политая водой, над которой читали молитвы, проросла на 96 %. Это исследование позволило ученым сделать вывод о том, что матерная брань неминуемо ведет к мужской импотенции или женскому бесплодию тех, кто используют ее в речи. Какова же должна быть степень ответственности человека за каждое произнесенное слово, если такова разрушающая и созидающая сила слов. Человек живет не сам по себе в пассивной природной среде, объективно независимой от его сознания, а в сверхактивной среде, насыщенной словом, разумеющей смыслы, непременно их воплощающей, а потому связанной с человеком невидимыми нитями.

На своем месте и научные эксперименты являются свидетельством того, чему издревле учила Церковь, – помогают познанию духовного мира, но духовное познание ими заменить нельзя. В последнее время появляется довольно много сообщений о подобных открытиях. Они требуют еще проверки на научную достоверность и на соответствие святоотеческому учению, но в любом исследовании всегда есть объективная сторона и объективные результаты. Церковь же всегда знала о таком влиянии дурного слова и всегда предостерегала своих чад от их употребления, приучала их понимать высокий язык богослужения и говорить на высоком языке даже в быту. Поэтому, если вы хотите быть добрым чадом Церкви, то должны выполнять то, что Бог заповедует нам. Научный же материал на эту тему можно изучать только для того, что бы иметь лишнее свидетельство из того источника, которому вы особо доверяете. Однако, я, не отрицая его значимости, все-таки должен буду найти ему соответствующее место в иерархии ценностей. Если он будет стоять на предназначенном ему месте, то тогда и будет выполнять предписанную ему функцию. Но если мы пытаемся поставить его «на месте святе», то это может привести к дурным последствиям, даже более дурным, чем злословие, потому что кощунство в духовном отношении гораздо опаснее пользования дурным словом. Хотя и в том, и в другом ничего хорошего нет. С помощью научных экспериментов можно изучать только небольшую, видимую часть того духовного «айсберга», который скрыт от нашего зрения и не доступен для изучения подсчетом и мерою, ибо не мерою дает Бог Духа (Ин. 3, 34).

Мир был сотворен и насыщен благим словом, потому что Бог благ. Дурным, ругательным словом мир наполнил падший человек. Благое слово внутренне присуще всему сотворенному – мир был сотворен жертвой любви, и тварь узнает себя в любви и добром слове, но насилие и ругательное слово разрушают и губят все живое.

Неужели же только потому, что матерщина и жаргон стали языком тюремного общения и на нем, как вы утверждаете, говорят все, – мы должны продолжать это безумие. Попробуйте воздерживаться от бранных слов – и вы увидите как многие грехи, начнут от вас отступать. И это понятно, слово есть потенциальный поступок, усвоенное, произнесенное, продуманное – оно требует пищи, растет и просится наружу. Как вы смогли заметить, бранное слово обладает колоссальной разрушительной силой, сравнимой только с воздействием атомного оружия. А разве мы ответственно пользуемся словом, этим созидающим и разрушающим инструментом? И тюрьма, в этом смысле, то место, где человек в особой степени подвержен воздействию разрушительной силы. Но вы можете начать сопротивляться, ограничив, прежде всего, себя. Такого рода воздержание – есть своеобразный аскетический подвиг. Желаю вам успехов и помощи Божией на этом многотрудном пути воздержания.

Священник Владимир

Почитайте исследование о созидающей силе слова азербайджанца по национальности, преподавателя русского языка Азербайджанского государственного университета Фазиля (в Крещении Василия) Ирзабекова и увидите, против Кого изначально была направлена матерная брань:

 

МАТ – ЯВЛЕНИЕ НЕРУССКОЕ!

Хочу сразу поставить все точки над «и» и высказать свое мнение, которое кому-то может показаться невероятным. Однако я убежден, что в русском языке мата нет и быть не может. Да-да, вы не ослышались, мат лежит за пределами, за дальними границами той благословенной территории, которая зовется великорусским языком. И вот почему.

Вспомним, на богородичных иконах Царица Небесная изображается, как правило, с тремя восьмиконечными звездами: на челе и на плечах. Это не просто украшение, а графические символы одного из самых сокровенных Таинств нашей веры – Приснодевства Пречистой до, во время и после Рождества Спасителя. Потому и в Каноне Ангелу Хранителю взываем к Богородице со словами: «Святая Владычице, Христа Бога нашего Мати, яко всех Творца недоуменно рождшая…» Никак по-иному об этой величайшей тайне и не скажешь. Ведь недоуменно – это указание на то, что она недоступна человеческому уму.

Так вот, орды завоевателей, захватившие русские земли, но так и не сумевшие покорить душу русского человека по причине непостижимой для них веры его во Христа и верности Ему, посягали на то, что злой варварский ум ни понять, ни принять не в состоянии, – на Таинство Боговоплощения. Да-да, именно об этой нашей Матери вели они свою похабную речь, это на Ее Небесную чистоту покушались они своими погаными устами. Закономерно поэтому, что ругань именуется еще и инфернальной лексикой, ведь инферна по-латыни означает ад.

Именно по этому поводу сокрушается святой апостол Павел: «Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушающим» (Еф. 4, 29).

Кого же в таком случае хулят те, кто без всякой тени сомнения считают себя русскими?! Ту, что Своим честным омофором покрывала нас в лихую годину татарского ига и неистовства тевтонцев, коварных поляков и озверевших фашистов – словом, мрази всех мастей, которых на Святой Руси перебывало тьмы и тьмы. Ту, пред чьим Пречистым ликом тысячелетия возжигаем свечи, моля о заступничестве, о даровании Божией милости. Ту, пред святым образом Которой горячей коленопреклоненной молитвой сонмы наших святых отмаливали и продолжают отмаливать Русь. Ту, молитвами и предстательством Которой пред Сыном, Господом нашим Иисусом Христом, и стоит доныне Россия. Ту, Которую Михаил Лермонтов назвал «Теплой Заступницей мира холодного».

И разве не к Ней до последнего дыхания, ради собственного же спасения, взываем: «Радуйся, Радосте Наша, покрый нас от всякого зла Честным Твоим омофором!»

Справедливости ради следует признать, что в целом ряде тюркских, по преимуществу, языков слова, звучащие в русском языке как скверные, таковыми не являются. Правда и то, что в этих языках нет матерной ругани в том виде, как она принята у нас. Могут, правда, оскорбить конкретную родительницу отдельно взятого человека, но это, как правило, приглашение к жесткой расправе, если не к смертоубийству, – поэтому не раз подумаешь, прежде чем обругать кого-то, даже сгоряча. И только в конкретном историческом контексте, обращенные иноверцами к завоеванному ими, поруганному русскому человеку, слова эти приобрели в сознании последнего богохульный, оскорбительный смысл.

Однако эти времена давно прошли. Не настало ли для нас время сообща перевернуть эту позорную страницу? Ведь больнее всего, как мы уже говорили, когда бьют по самому сокровенному, самому высокому, самому дорогому. Да, у них мата нет. Но нет и Богородицы.

К слову, в азербайджанском языке слово мат означает состояние остолбенения, шока, что роднит его с известным шахматным термином. И как было бы здорово, если бы все мы и в самом деле испытывали шок, услышав матерную ругань.

Василий (Фазиль) Ирзабеков. Тайна русского слова. М., 2007

 

А вот что говорил о сквернословии своим чадам греческий старец Паисий Святогорец:

 

ПРОТИВОСТОЯНИЕ СКВЕРНОСЛОВАМ

— Геронда, Священное Писание говорит, что хула на Святаго Духа не прощается. Что это за хула?

— Хула на Святаго Духа — это вообще презрение к божественному (разумеется, когда человек находится в здравом уме). Тогда он виновен. Например, когда один сказал мне: «Да пошел ты вместе со своими богами...» — я его толкнул и тряхнул как следует, потому что это было богохульством. Или, например, проходят двое мимо церкви. Один крестится и говорит другому: «Дружочек, перекрестись и ты...», а тот восстает: «Да отстань ты, нашелся тоже указчик, где мне креститься!» Такое презрение — хула. Следовательно, хулы у благоговейного человека быть не может. И бесстыдство — это тоже богохульство. Бесстыдник для того, чтобы оправдать свое падение, извращает или попирает какую-нибудь, например, евангельскую истину. Он не чтит истины, не чтит действительности, он сознательно комкает ее, он втаптывает святыню в грязь. И постепенно это становится уже его состоянием. Затем от него удаляется Благодать Божия, и человек принимает бесовские воздействия. И до чего же это дойдет, если он не покается!.. Боже упаси!.. Если кто-то в гневе похулит даже и Святаго Духа, то это богохульство не является непростительным, потому что человек не верил в то ругательство, которое произнес. Он сказал его потому, что в то мгновение, в гневе, он потерял контроль над собой. И кается он тоже сразу. Но бесстыдник оправдывает ложь для того, чтобы оправдать свое падение. Тот, кто оправдывает свое падение, оправдывает диавола <...>

— Геронда, в армии некоторым благоговейным юно¬шам трудно с теми, кто ругается. Что им делать?

— Необходимо рассуждение и терпение. Бог поможет. Один радист, с которым мы вместе служили, бывший врач, был невер, богохульник. Каждый день он приходил в Отдел Управления промывать мне мозги. Рассказывал мне теорию Дарвина и тому подобную дрянь — все насквозь пропитанное богохульством Но после одного случая он кое-что понял. Мы были вместе с ним на задании. Один большой мул был у нас нагружен рацией и носилками. На одном очень скользком спуске я держался за хвост мула, а врач тянул его за уздечку. И вот в какое-то мгновение носилки задевают мула по ушам, и он — раз! — сильно бьет меня задними копытами, и я лечу. Вскоре я пришел в себя и осознал, что иду! Помнил я только то, что успел крикнуть: «Владычице моя!» И больше ничего. Следы от подков были на мне, вот здесь — вся грудь была черная, так сильно мул меня ударил. Врач, когда увидел, что я иду, вытаращил глаза. Продолжаем путь. Чуть подальше врач подвернул ногу о камень, упал и не мог подняться. Тогда начал он кричать: «Владычице моя, Христос мой!» Он боялся, чтобы его не схватили враги: «Сейчас меня все оставят, всё, конец, и что же со мной будет, и кто же мне поможет!» — «Не волнуйся, — говорю, — я с тобой останусь. Если меня схватят, то и тебя схватят». Потом задумался бедолага: «Арсения мул лягнул, и тому ничего не сделалось, а я чуть споткнулся и уже идти не могу!» Скоро он поднялся, но хромал, и я помогал ему идти. Остальные ушли вперед. Он получил урок и после этого вразумился. Раньше каждый день богохульствовал, а в минуту опасности стал кричать: «Владычице моя, Владычице моя!» Сразу о Владычице вспомнил. А вот другой мотоциклистом был в армии, два раза ногу ломал и продолжал богохульствовать.

— Вы ему ничего не говорили, Геронда?

— Что ему было говорить? Я и не говорил ничего, а он, не переставая, хулил Христа и Божию Матерь — нарочно, чтобы сделать мне больно. Я потом это понял и только молился. И вот ведь — если раньше и он, и другие сквернословили ни с того ни с сего, то потом, когда у них что-то не получалось и они хотели выругаться, кусали себе языки! Если человек бесстыдный сквернословит, богохульствует, то лучше сделать вид, что ты чем-то занят и не слышишь его, а самому молиться. Потому что, если он поймет, что ты за ним следишь, он может сквернословить не переставая. И ты, таким образом, станешь причиной его одержимости нечистым духом. Однако, если сквернословит не бесстыдник, а человек, у которого есть совесть, и сквернословит он от дурной привычки, то ты можешь ему что-то сказать. Но если у него есть не только совесть, но хватает и эгоизма, то будь осторожен. Не говори с ним строго, но сколько можешь смиренно и с болью. Святой Исаак что говорит: «Обличи силою твоих добродетелей любопряшихся с тобою... и загради их уста кротостию и миром своих уст. Необузданных обличи своим добродетельным поведением, а чувственно бесстыдных сдержанностью своих очей».

Духовное пробуждение. Издательство «Святая гора». М., 2000 г.

О матерщине

 

Здравствуйте, Сергей!

Вы пишете, что в карты перестали играть, но сразу ощутили на себе давление «общества». Этого, конечно, следовало ожидать, ведь вы нарушаете общепринятый закон. «Этому давлению, – пишете вы, – было бы легче противостоять, если б не матерщина. Все вокруг ругаются – ругаюсь и я. В колонии вообще невозможно избавиться от матерщины, утверждаете вы, – тут на этом языке говорят, а не ругаются». Но речь не идет о каком-то пустяке, на который не стоит обращать внимания. Напротив, мы говорим о самом существенном явлении человеческой жизни, которое и отличает человека от всего живущего – о слове. Его качество есть показатель укорененности человека в Небесном, ведь с помощью слова (молитвы) человек устанавливает связь с Высшим. Наше словоупотребление или прерывает эту связь, или ее налаживает. Таким образом, от слова зависит наша связь с Жизнодателем, то есть вообще с жизнью. Более того, речь идет просто о ее сохранении, ибо такие игры с матерным словом отнюдь не безопасны для человека. Слово суть дух и жизнь (Ин. 6, 63), а Дух всё проницает, и глубины Божии (1 Кор. 2, 10). Церковь всегда знала об этом всепроникающем действии слова и предупреждала своих чад: за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда (Мф. 12, 36).

К сожалению, современный человек утратил понимание духовного, он больше доверяет материальному – его интересует то, что можно измерить, увидеть, ощутить, экспериментально установить. Однако сегодня научные эксперименты все чаще подтверждают слова Писания. Японский ученый Амару Эмото, посвятивший свою жизнь исследованию информационных свойств воды, утверждает, что преступлений совершается гораздо больше там, где матерятся, потому что словом оскверняется окружающая и находящаяся внутри нас вода, умеющая прочитывать смыслы. Тем самым создается как бы преступная атмосфера, ведь матерщина привносит в нашу жизнь смыслы, по содержанию пошлые и преступные. Так же и уральский ученый Геннадий Чеурин, который потратил 20 лет на изучение силы воздействия бранных слов, утверждает, что их использование в речи очень негативно влияет на организм челове¬ка. Гипотезу Чеурина «о влия¬нии ненормативной лексики на психофизиологическое состо¬яние живых организмов» про¬веряли несколько НИИ – столичный научный центр при Минздраве РФ, технические университеты Санкт-Петербур¬га, Екатеринбурга и Барнаула. И вот что удалось выявить: зерна, политые водой, ко¬торую ругали «трехэтаж¬ным», проросли лишь на 49 %. Зерна, политые водой, наслу¬шавшейся вялого бытового мата, почувст¬вовали себя получше и пророс¬ли на 53 %, а пшеница, политая водой, над которой читали молитвы, проросла на 96 %. Это исследование позволило ученым сделать вывод о том, что матерная брань неминуемо ведет к мужской импотенции или женскому бесплодию тех, кто используют ее в речи. Какова же должна быть степень ответственности человека за каждое произнесенное слово, если такова разрушающая и созидающая сила слов. Человек живет не сам по себе в пассивной природной среде, объективно независимой от его сознания, а в сверхактивной среде, насыщенной словом, разумеющей смыслы, непременно их воплощающей, а потому связанной с человеком невидимыми нитями.

На своем месте и научные эксперименты являются свидетельством того, чему издревле учила Церковь, – помогают познанию духовного мира, но духовное познание ими заменить нельзя. В последнее время появляется довольно много сообщений о подобных открытиях. Они требуют еще проверки на научную достоверность и на соответствие святоотеческому учению, но в любом исследовании всегда есть объективная сторона и объективные результаты. Церковь же всегда знала о таком влиянии дурного слова и всегда предостерегала своих чад от их употребления, приучала их понимать высокий язык богослужения и говорить на высоком языке даже в быту. Поэтому, если вы хотите быть добрым чадом Церкви, то должны выполнять то, что Бог заповедует нам. Научный же материал на эту тему можно изучать только для того, что бы иметь лишнее свидетельство из того источника, которому вы особо доверяете. Однако, я, не отрицая его значимости, все-таки должен буду найти ему соответствующее место в иерархии ценностей. Если он будет стоять на предназначенном ему месте, то тогда и будет выполнять предписанную ему функцию. Но если мы пытаемся поставить его «на месте святе», то это может привести к дурным последствиям, даже более дурным, чем злословие, потому что кощунство в духовном отношении гораздо опаснее пользования дурным словом. Хотя и в том, и в другом ничего хорошего нет. С помощью научных экспериментов можно изучать только небольшую, видимую часть того духовного «айсберга», который скрыт от нашего зрения и не доступен для изучения подсчетом и мерою, ибо не мерою дает Бог Духа (Ин. 3, 34).

Мир был сотворен и насыщен благим словом, потому что Бог благ. Дурным, ругательным словом мир наполнил падший человек. Благое слово внутренне присуще всему сотворенному – мир был сотворен жертвой любви, и тварь узнает себя в любви и добром слове, но насилие и ругательное слово разрушают и губят все живое.

Неужели же только потому, что матерщина и жаргон стали языком тюремного общения и на нем, как вы утверждаете, говорят все, – мы должны продолжать это безумие. Попробуйте воздерживаться от бранных слов – и вы увидите как многие грехи, начнут от вас отступать. И это понятно, слово есть потенциальный поступок, усвоенное, произнесенное, продуманное – оно требует пищи, растет и просится наружу. Как вы смогли заметить, бранное слово обладает колоссальной разрушительной силой, сравнимой только с воздействием атомного оружия. А разве мы ответственно пользуемся словом, этим созидающим и разрушающим инструментом? И тюрьма, в этом смысле, то место, где человек в особой степени подвержен воздействию разрушительной силы. Но вы можете начать сопротивляться, ограничив, прежде всего, себя. Такого рода воздержание – есть своеобразный аскетический подвиг. Желаю вам успехов и помощи Божией на этом многотрудном пути воздержания.

 

Священник Владимир.

 

Почитайте исследование о созидающей силе слова азербайджанца по национальности, преподавателя русского языка Азербайджанского государственного университета Фазиля (в Крещении Василия) Ирзабекова и увидите, против Кого изначально была направлена матерная брань:

 

МАТ – ЯВЛЕНИЕ НЕРУССКОЕ!

Хочу сразу поставить все точки над «и» и высказать свое мнение, которое кому-то может показаться невероятным. Однако я убежден, что в русском языке мата нет и быть не может. Да-да, вы не ослышались, мат лежит за пределами, за дальними границами той благословенной территории, которая зовется великорусским языком. И вот почему.

Вспомним, на богородичных иконах Царица Небесная изображается, как правило, с тремя восьмиконечными звездами: на челе и на плечах. Это не просто украшение, а графические символы одного из самых сокровенных Таинств нашей веры – Приснодевства Пречистой до, во время и после Рождества Спасителя. Потому и в Каноне Ангелу Хранителю взываем к Богородице со словами: «Святая Владычице, Христа Бога нашего Мати, яко всех Творца недоуменно рождшая…» Никак по-иному об этой величайшей тайне и не скажешь. Ведь недоуменно – это указание на то, что она недоступна человеческому уму.

Так вот, орды завоевателей, захватившие русские земли, но так и не сумевшие покорить душу русского человека по причине непостижимой для них веры его во Христа и верности Ему, посягали на то, что злой варварский ум ни понять, ни принять не в состоянии, – на Таинство Боговоплощения. Да-да, именно об этой нашей Матери вели они свою похабную речь, это на Ее Небесную чистоту покушались они своими погаными устами. Закономерно поэтому, что ругань именуется еще и инфернальной лексикой, ведь инферна по-латыни означает ад.

Именно по этому поводу сокрушается святой апостол Павел: «Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушающим» (Еф. 4, 29).

Кого же в таком случае хулят те, кто без всякой тени сомнения считают себя русскими?! Ту, что Своим честным омофором покрывала нас в лихую годину татарского ига и неистовства тевтонцев, коварных поляков и озверевших фашистов – словом, мрази всех мастей, которых на Святой Руси перебывало тьмы и тьмы. Ту, пред чьим Пречистым ликом тысячелетия возжигаем свечи, моля о заступничестве, о даровании Божией милости. Ту, пред святым образом Которой горячей коленопреклоненной молитвой сонмы наших святых отмаливали и продолжают отмаливать Русь. Ту, молитвами и предстательством Которой пред Сыном, Господом нашим Иисусом Христом, и стоит доныне Россия. Ту, Которую Михаил Лермонтов назвал «Теплой Заступницей мира холодного».

И разве не к Ней до последнего дыхания, ради собственного же спасения, взываем: «Радуйся, Радосте Наша, покрый нас от всякого зла Честным Твоим омофором!»

Справедливости ради следует признать, что в целом ряде тюркских, по преимуществу, языков слова, звучащие в русском языке как скверные, таковыми не являются. Правда и то, что в этих языках нет матерной ругани в том виде, как она принята у нас. Могут, правда, оскорбить конкретную родительницу отдельно взятого человека, но это, как правило, приглашение к жесткой расправе, если не к смертоубийству, – поэтому не раз подумаешь, прежде чем обругать кого-то, даже сгоряча. И только в конкретном историческом контексте, обращенные иноверцами к завоеванному ими, поруганному русскому человеку, слова эти приобрели в сознании последнего богохульный, оскорбительный смысл.

Однако эти времена давно прошли. Не настало ли для нас время сообща перевернуть эту позорную страницу? Ведь больнее всего, как мы уже говорили, когда бьют по самому сокровенному, самому высокому, самому дорогому. Да, у них мата нет. Но нет и Богородицы.

К слову, в азербайджанском языке слово мат означает состояние остолбенения, шока, что роднит его с известным шахматным термином. И как было бы здорово, если бы все мы и в самом деле испытывали шок, услышав матерную ругань. (ССЫЛКА: Василий (Фазиль) Ирзабеков. Тайна русского слова. М., 2007).

 

А вот что говорил о сквернословии своим чадам греческий старец Паисий Святогорец:

 

ПРОТИВОСТОЯНИЕ СКВЕРНОСЛОВАМ

— Геронда, Священное Писание говорит, что хула на Святаго Духа не прощается. Что это за хула?

— Хула на Святаго Духа — это вообще презрение к божественному (разумеется, когда человек находится в здра¬вом уме). Тогда он виновен. Например, когда один сказал мне: «Да пошел ты вместе со своими богами...» — я его толкнул и тряхнул как следует, потому что это было бого¬хульством. Или, например, проходят двое мимо церкви. Один крестится и говорит другому: «Дружочек, перекрес¬тись и ты...», а тот восстает: «Да отстань ты, нашелся тоже указчик, где мне креститься!» Такое презрение — хула. Сле¬довательно, хулы у благоговейного человека быть не может. И бесстыдство — это тоже богохульство. Бесстыдник для того, чтобы оправдать свое падение, извращает или попирает какую-нибудь, например, евангельскую истину. Он не чтит истины, не чтит действительности, он сознательно комкает ее, он втаптывает святыню в грязь. И постепенно это стано¬вится уже его состоянием. Затем от него удаляется Благодать Божия, и человек принимает бесовские воздействия. И до чего же это дойдет, если он не покается!.. Боже упаси!.. Если кто-то в гневе похулит даже и Святаго Духа, то это богохуль¬ство не является непростительным, потому что человек не верил в то ругательство, которое произнес. Он сказал его потому, что в то мгновение, в гневе, он потерял контроль над собой. И кается он тоже сразу. Но бесстыдник оправдывает ложь для того, чтобы оправдать свое падение. Тот, кто оп-равдывает свое падение, оправдывает диавола <...>

— Геронда, в армии некоторым благоговейным юно¬шам трудно с теми, кто ругается. Что им делать?

— Необходимо рассуждение и терпение. Бог поможет. Один радист, с которым мы вместе служили, бывший врач, был невер, богохульник. Каждый день он приходил в Отдел Управления промывать мне мозги. Рассказывал мне тео¬рию Дарвина и тому подобную дрянь — все насквозь про¬питанное богохульством Но после одного случая он кое-что понял. Мы были вместе с ним на задании. Один большой мул был у нас нагружен рацией и носилками. На одном очень скользком спуске я держался за хвост мула, а врач тянул его за уздечку. И вот в какое-то мгновение носилки задевают мула по ушам, и он — раз! — сильно бьет меня задними копытами, и я лечу. Вскоре я пришел в себя и осознал, что иду! Помнил я только то, что успел крикнуть: «Владычице моя!» И больше ничего. Следы от подков были на мне, вот здесь — вся грудь была черная, так сильно мул меня ударил. Врач, когда увидел, что я иду, вытаращил глаза. Продолжаем путь. Чуть подальше врач подвернул ногу о камень, упал и не мог подняться. Тогда начал он кричать: «Владычице моя, Христос мой!» Он боялся, чтобы его не схватили враги: «Сейчас меня все оставят, всё, конец, и что же со мной будет, и кто же мне поможет!» — «Не волнуй¬ся, — говорю, — я с тобой останусь. Если меня схватят, то и тебя схватят». Потом задумался бедолага: «Арсения мул лягнул, и тому ничего не сделалось, а я чуть споткнулся и уже идти не могу!» Скоро он поднялся, но хромал, и я помогал ему идти. Остальные ушли вперед. Он получил урок и после этого вразумился. Раньше каждый день бого¬хульствовал, а в минуту опасности стал кричать: «Владычице моя, Владычице моя!» Сразу о Владычице вспомнил. А вот другой мотоциклистом был в армии, два раза ногу ломал и продолжал богохульствовать.

— Вы ему ничего не говорили, Геронда?

— Что ему было говорить? Я и не говорил ничего, а он, не переставая, хулил Христа и Божию Матерь — нарочно, чтобы сделать мне больно. Я потом это понял и только молился. И вот ведь — если раньше и он, и другие сквер¬нословили ни с того ни с сего, то потом, когда у них что-то не получалось и они хотели выругаться, кусали себе языки! Если человек бесстыдный сквернословит, богохульствует, то лучше сделать вид, что ты чем-то занят и не слышишь его, а самому молиться. Потому что, если он поймет, что ты за ним следишь, он может сквернословить не переставая. И ты, таким образом, станешь причиной его одержимости нечистым духом. Однако, если сквернословит не бесстыд¬ник, а человек, у которого есть совесть, и сквернословит он от дурной привычки, то ты можешь ему что-то сказать. Но если у него есть не только совесть, но хватает и эгоизма, то будь осторожен. Не говори с ним строго, но сколько мо¬жешь смиренно и с болью. Святой Исаак что говорит: «Об¬личи силою твоих добродетелей любопряшихся с тобою... и загради их уста кротостию и миром своих уст. Необуздан¬ных обличи своим добродетельным поведением, а чувствен¬но бесстыдных сдержанностью своих очей».

(ССЫЛКА: Духовное пробуждение. Издательство «Святая гора». М., 200 г.)

 

Интересная статья? Поделись ей с другими:

Наверх страницы